"Правда", № 93(27914)
22 мая 1998 года

РОССИЯ - ЗАПАД: ГОРЬКОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ

Когда тайное становится явным
"...До странности однобокая страна с островками необыкновенного богатства... и ужасной бедностью на всей остальной территории... Сон о превращении в нормальную, европейскую страну остается таким же несбыточным, как и прежде". О ком эти слова? Первая часть фразы подходит для описания сегодняшней России, но вот о "несбыточном сие"...

Ситуация проясняет авторство анализа, сделанного в январе этого года рупором американского истеблишмента - журналом "Тайм". Россия в его глазах не просто нища, она ненормальная и неевропейская. Как же так? Столько сказано и выпито на официальных приемах и саммитах за "единую Европу от Атлантики до Урала", за "новую, демократическую Россию", за "присоединение к стану цивилизованных стран", столько лобзаний с "друзьями" гельмутами, биллами и жаками (и в галстуках, и без оных), а тут вдруг - "неевропейская"? Но не будем придираться.

"К сожалению, возраст, спиртное и одурманивание властью взяли верх". А это о ком? Наверное, очередная грубость оппозиции? Отнюдь. Процитирована ведущая статья из всеми уважаемого журнала "Экономист" по поводу увольнения российского правительства.

Здесь что-то не так. Давайте проверим. Вернемся за океан. Другой заправила общественным мнением в Америке - журнал "Ньюсуик" любезно предоставляет полосу небезызвестному Войновичу. С чего бы это? А вот с чего: "...Трудно найти различия между чисто российским и советским идиотизмом, так как оба оказались смешаны в одну абсурдную кату", "шпиономания и ксенофобия", "для русского нет большего удовольствия, чем умереть от секса или ожирения", "подавляющее большинство русских - сумасшедшие". Да-да, дорогой читатель, это все о тебе! Не мытьем, так катаньем, не своими руками, так чужими западные средства массовой информации измываются над тобой.

"Не надо преувеличивать, - скажет благодушный российский обыватель, - пусть кто-то злобствует по поводу наших трудностей, мир все равно после холодной войны вступил в эпоху братства и безопасности". Не тут-то было.

Обратимся к характеристике современности, какой она представляется западным аналитикам. Эйфория по поводу "конца истории" Фукуямы, "нового мирового порядка" Джорджа Буша и апокалиптические прогнозы "столкновения цивилизаций" Хантингтона подзабылись. Постсоветский мировой порядок устоялся. Теперь, после уроков Сомали, Руанды, Чечни, Алжира, Югославии, политологи оценивают ситуацию, исходя из жесткой реальности, предпочитают не играть на публику, а готовить документы, которые ложатся на стол в политических и военных верхах как руководство к действию.

В 1996 г. из недр известного английского аналитического центра "Демос" выходит разработка британского дипломата Роберта Купера "Постмодернистское государство и мировой порядок". В скором времени его концепция находит путь на страницы солидных западных изданий.

Центральная идея Купера заключается в том, что 1989 г. ознаменовал не только окончание "холодной войны", но и эпохи "баланса сил". Период 1945 - 1989 гг. продолжил шаблон, заданный со времен Вестфальского мира. Только теперь баланс сил между различными коалициями европейских государств, не допускающих появления государства-гегемона, сменился биполярным разделом мира. В 90-е годы на его обломках появились три категории государств - "устаревшие", "современные" и "постсовременные" .

Первые, такие, как Албания, Камбоджа, Сомали, Афганистан, Либерия, пребывают в состоянии "хаоса". В них государство, ослабленное в век глобализации, не обладает более возможностями для сохранения легитимной монополии на применение силы. Они обречены на деградацию. Более благополучные страны могут либо оказывать им гуманитарную помощь, либо применять силовые методы для пресечения провокаций с их стороны.

"Современные" государства проповедуют принципы суверенитета, национальной идеологии, невмешательства в дела друг друга. На международные отношения они смотрят сквозь призму "баланса сил". Они сконцентрированы на Ближнем Востоке, включая Иран, в Латинской Америке, в Юго-Восточной Азии. К ним относится Китай. Однако в конце XX века и для них концепция "баланса сил" становится все более устаревшей и неэффективной.

"Постсовременные" государства получили развитие в Западной Европе. Европейский Союз наиболее адекватно раскрывает их суть. Вместо того, чтобы видеть друг в друге потенциальных врагов, стремящихся ввести соседей в заблуждение по поводу своих намерений, они максимально открыты, "прозрачны", территориальные разграничения уже не столь важны. Они готовы поступиться частью своего суверенитета ради укрепления взаимодоверия и поэтому создали многочисленные наднациональные органы, устанавливающие правила поведения. США причисляются Купером к разряду "постсовременных" государств, но с одной существенной поправкой. В отличие от них Америка не чувствует себя уязвимой перед кем-либо и поэтому бдительно охраняет свой статус независимой державы, которая "гуляет сама по себе".

Любопытны выводы, следующие из классификации Купера, которая, как нетрудно догадаться, сделана с точки зрения представителя "постсовременного" государства. Процессы глобализации в международных делах в условиях постсоветского мира ведут к появлению новых жестких перегородок между странами. Они оказываются разделенными на три группы, каждая из которых в обозримом будущем непроницаема для чужаков. Купер делает многозначительное исключение только для кандидатов в ЕС и НАТО.

В 90-е годы Россия стала демократией. В ней регулярно проводятся выборы всех уровней, развивается многопартийная система, свобода слова хлещет через край. Казалось бы, западные коллеги достигли своих целей, превратив Россию в на себя похожую страну, а значит, и приняли ее в свой круг. Однако недавно они опомнились и поняли, что им с Россией все равно не по пути.

Первым уловил стремление американского истеблишмента сформулировать новые потенциальные отличия постсоветской России от западных демократий Фаред Закария, ответственный редактор флагмана американской политологической мысли - журнала "Форин афферс". В статье "Подъем нелиберальной демократии" он, признавая за Россией право называться "демократией", приписывает ее к разряду "нелиберальных демократий". В этом не было бы ничего нового, это сущая правда, если бы не те самые руководства к действию, которые следуют за анализом.

Суть в следующем. После окончания "холодной войны" мир стал ареной победного шествия демократии, сметающей на своем пути авторитарные режимы. В 1997 г. Билл Клинтон провозгласил, что наконец большинство человечества, 54,8 процента, живет в условиях демократии. США почивали на лаврах победителя в "крестовом походе" против СССР и любовались плодами своего труда. Однако вскоре оказалось, пишет Закария, что демократия во многих странах имеет "уродливое" лицо. Демократически выбранные режимы вовсю переходят конституционные границы своих полномочий, лишают своих сограждан базовых человеческих прав и свобод..

Дело в том, утверждает Закария, что в странах Запада помимо выборов властей поддерживаются либеральные принципы верховенства закона, равенства перед законом, ответственности перед ним, защиты частной собственности, сдержек и противовесов. Но в Иране и Югославии, Белоруссии и России, Закавказье и Средней Азии господствует "нелиберальная демократия". Вначале проводятся выборы с присутствием международного мониторинга, избираются поначалу популярные лидеры, такие, как российский Борис Ельцин или аргентинский Карлос Менем.

Главное начинается после. Они подминают под себя законодательную власть и правят страной с помощью президентских указов. Их стиль правления является насмешкой над конституционными процедурами исполнения власти. Закария припоминает Ельцину и расстрел парламента в 1993 г., и войну в Чечне, и экономические "реформы".

Политические круги Запада различают, как правило, три тенденции во внешней политике России.

Носители первой - российские "западники". Они верят в гармоничное развитие международных отношений, в солидарность демократических государств, не усматривают никакой внешней опасности для России. На практике это означает, что Россия не претендует на особую роль на постсоветском пространстве и послушно следует курсу западных держав.

В отличие от них "государственники" считают, что каждое государство имеет свои индивидуальные интересы, хотя и идет во многом на сотрудничество с другими. Мир организован согласно принципу "баланса сил", который поддерживается великими державами посредством деления мира на сферы влияния. По мнению "государственников", Россия отлична от Европы и США, она не должна ни интегрироваться, ни выступать в оппозиции к Западу. Москве нужно поддерживать дистанцию как с развитыми демократиями, так и с авторитарными режимами в развивающихся странах. Москва должна стать мостом между Востоком и Западом, Севером и Югом. Так как Россия - великая держава, то миру необходимо признать, что вся бывшая территория Советского Союза является зоной ее жизненных интересов, что Россия - важная евразийская держава. Третья тенденция - "националисты". Они подчеркивают анархический характер международных отношений, рассматривают их как "войну всех против всех", враждебно относятся к внешнему миру. Они выступают за экспансию в чужие сферы влияния, готовы к широкомасштабному применению военной силы.

"Насильно мил не будешь, - скажет благодушный российский обыватель. - Нам по-прежнему многие не доверяют, демократия у нас плохая, да и правители никудышные. Стране же за рубежом симпатизируют. Вон мы и к "семерке" присоединились, и с НАТО соглашение подписали. Какая там угроза?" А вот какая.

"Частичное подключение России к "семерке" есть не что иное, как игра на публику с целью компенсировать Москву за то, что она вынуждена смотреть сквозь пальцы на экспансию НАТО в Восточную Европу" - так недавно доходчиво объяснил подноготную отношений Запада к нам известный в Америке специалист по истории России, бывший член Совета национальной безопасности США Ричард Пайпс. Сказано откровенно, но все же не настолько, чтобы не попытаться оправдать расширение НАТО на Восток.

Так же, как во времена Советского Союза, западные СМ И использовали определенный набор стереотипов для обработки общественного мнения, включая клише "империя зла", "красная опасность", "коммунистическая угроза" и т.п. Теперь за несколько лет, прошедших после окончания "холодной войны", разработана новая система аргументов, оправдывающая силовой режим взаимоотношений с на сей раз "демократической Россией". По отдельности или вместе они высказываются, помимо Пайпса, небезызвестными Збигневым Бжезинским, Генри Киссинджером, Джеймсом Бейкером, Маргарет Тэтчер и др. Показательно то, что многие из них уже не занимают высоких официальных постов и, не будучи связанными дипломатическими условностями, могут высказывать мнение западных политических элит без обиняков.

На уровне массовой культуры эти взгляды на сегодняшнюю Россию вдалбливаются в головы западному обывателю с помощью голливудского "молотка". Подавляющее большинство вышедших за последние годы кассовых фильмов ассоциирует ее с варварством, насилием, терроризмом, отсталостью.

Западные, особенно американские, политологи рассматривают Россию как преемницу СССР во всех отношениях, а следовательно, относятся к ней враждебно. Она в их глазах унаследовала от своего предшественника бремя вины за якобы единоличное развязывание "холодной войны". Угрозы Советам со стороны Запада, оказывается, не существовало вовсе, а россказнями о ней оправдывали большие военные расходы.

Бывшие советологи, а нынче кремлеведы, считают, что в нынешней России новой политической элиты не сложилось, страна находится во власти бывших номенклатурщиков и экс-коммунистов. Прозападные городские элементы в ней имеют мало шансов на успех в противоборстве с "антизападной малообразованной сельской и периферийной массой". Достается и русской нации. В первую очередь не устраивает ее "коллективистский менталитет", "уравнительские наклонности", "неприязнь к иностранцам".

Расправившись таким образом с вопросом "кто есть русский народ" и чего от него ждать, западные аналитики принимаются за характеристику Российского государства. По своему статусу Россия, в их глазах, опустилась в разряд стран третьего мира. Она "второразрядная держава", зависимая от внешних денежных подношений и экспорта сырья. Несмотря на это, Москва по-прежнему "питает экспансионистские планы" и стремится к "силовой реинтеграции" бывших территорий Советского Союза. Российские войска, размещенные в странах СНГ "под предлогом" защиты внешних границ, рассматриваются как "авангард имперского прорыва". Полной "деколонизации" бывших советских республик не произошло. Если раньше СССР обвинялся в следовании "доктрине Брежнева" по отношению к его союзникам в Восточной Европе, то теперь Россия обвиняется в навязывании той же доктрины в отношении "ближнего зарубежья". В то же время США фактически уже включили его, в первую очередь Украину и страны Каспийского бассейна, в зону своих жизненных интересов. СНГ считается обреченным и его распад неминуемым.

Что из всего этого следует? То, что России "нельзя попустительствовать", "спускать ей с рук" попытки восстановить положение великой державы. Для этого нужен мощный рычаг. Этот рычаг - НАТО.

"Прибалтика - часть будущего НАТО и составляющая процесса по развитию НАТО", - так американский дипломат, участвовавший в подготовке Хартии сотрудничества между США и прибалтийскими странами, прокомментировал на условиях анонимности факт ее подписания 16 января 1998 г. в Вашингтоне.

То, о чем несколько лет назад нельзя было и помыслить, принимает конкретные контуры и очертания. Россия не только допустила расширение НАТО в Восточную Европу, но поставлена перед фактом приближения этого военного блока в ближайшие 5 - 7 лет к своим границам. Реальная перспектива приема стран Прибалтики в НАТО свидетельствует - время притворяться прошло. Вопрос, зачем и против кого нужна НАТО, встает ребром.

Может быть, не надо преувеличивать? Россия и так на ладан дышит. Хватит нам осадных положений. Да и кому нам надо угрожать? В марте западный политологический журнал "Уорлд Тудей" рекомендует России отнестись к накатывающейся "второй волне" "конструктивно" и "без истерии". Госсекретарь США Мадлен Олбрайт надеется, что России "надоест" тема НАТО и Москва "прекратит воспринимать мир в тонах "холодной войны".

К сожалению, реальность такова, что НАТО как была в бытность "холодной войны", так и остается военной организацией, призванной, согласно пятому пункту ее устава, защищать своих членов от нападения извне. Информацию из первых рук о целях и намерениях НАТО мы получаем от ведущих западных аналитических центров, занимающихся разработкой программы ее развития. Лакмусовой бумажкой, раскрывающей реальное положение дел, стала дискуссия о том, во сколько обойдется НАТО прием новых членов. За прошедшие два года расчеты о грядущих тратах подготавливаются экспертами НАТО, Пентагоном, аналитиками из корпорации "РАНД".

Расчеты НАТО, казалось бы, наиболее благожелательны, так как не предполагают финансирования никаких тревожных для России военных программ. Прогнозируется истратить до 2 млрд долларов в течение 10 лет, покрывая расходы на модернизацию расширившейся инфраструктуры НАТО, главным образом в вопросах связи и ПВО.

Военное ведомство США называет цифры от 27 до 35 млрд долларов. Характерно, что обоснование расширения НАТО базируется главным образом на соображениях политического и экономического характера. Пентагон декларирует с сильным пропагандистским привкусом, что процесс расширения выгоден США, НАТО и Европе, потому что будет способствовать продвижению демократических реформ в Центральной и Восточной Европе. Более того, он "принесет пользу для безопасности России и других государств бывшего Советского Союза". Однако вскоре после публикации доклада обнародуется на условиях анонимности мнение высокопоставленного чиновника Пентагону "Все понимают, - заявил он, - что главной задачей этих расчетов было не тревожить конгресс и русских... из-за политического фактора цифры были сильно занижены".

"РАНД" применяет такой же подход, утверждая, что причина расширения НАТО вызвана не какой-либо угрозой для ее новых членов, а соображениями укрепления стабильности в Европе. Объявляется, что "на сегодняшний день нет необходимости размещать крупные военные силы НАТО в этих странах". В результате предвидятся расходы до 52 млрд долларов на 15 лет.

В основе расчетов НАТО, Пентагона и "РАНД" лежит посылка о том, что у НАТО нет внешнего врага, а следовательно, представленные ими расчеты должны выглядеть правдоподобными. Утверждается, что расширение НАТО означает не более как распространение ее юрисдикции на новые территории, а не размещение военных сил.

Реальное, а не ложное объяснение происходящему лежит на поверхности. Стоит только связать воедино антироссийский настрой руководства стран Центральной и Восточной Европы, планы приема в НАТО "второй волны" кандидатов, подготовку почвы для дальнейшего присоединения стран Прибалтики, руководство которых не скрывает своей русофобии, характер обработки общественного мнения на Западе в отношении России, как становится ясно, что Россия рассматривается Западом не иначе как потенциальный враг.

Очередным подтверждением этого печального факта стали оценки расширения НАТО, сделанные комиссией конгресса, которая сказала то, о чем другие умалчивали, и которая не обошла молчанием реальный уровень и характер требуемых затрат. Не юля и не ходя вокруг да около, в ее докладе Россия рассматривается как противник. Соответственно прогнозируется увеличение бюджета НАТО в следующие 15 лет на сумму до 125 млрд долларов. Но даже эти довольно откровенные расчеты ставятся многими в США под сомнение. Так, аналитики влиятельных Американского университета и Института "Като" считают, что расчеты комиссии конгресса занижены в два раза. Они утверждают, что серьезная военная угроза в Европе может исходить только от России. Ссылки на ее экономическую и военную слабость объявляются "глупыми как с точки зрения политики, так и стратегии".

Как бы в ближайшее время ни занижались реальные параметры роста НАТО, как бы Россия ни убаюкивалась голословными заявлениями о неагрессивном характере экспансии НАТО на Восток, как бы Москву ни старались обвести вокруг пальца "пустышками" вроде соглашения с НАТО, подписанного в мае прошлого года, или присоединением к "семерке", она была, остается и всегда будет для Запада противником, непрошеным гостем в его "цивилизованном мире", России пора прекратить ломиться в закрытую дверь. .Экспансия НАТО на Восток, включающая "первую" и наверняка "вторую волну" кандидатов, является свершившимся фактом. Необходимо сконцентрироваться на недопущении ее дальнейшего роста.

Это означает во всеуслышание объявить, что присоединение к НАТО новых стран, в первую очередь прибалтийских, будет расценено Россией как неприкрытое посягательство на интересы ее национальной безопасности. Вся бывшая территория Советского Союза должна неизменно рассматриваться как зона жизненных интересов России. В свете уже идущих в НАТО процессов Москва должна активно развивать военно-стратегическое партнерство с Белоруссией и всеми средствами пресекать наметившийся дрейф в сторону НАТО Украины, Болгарии, Молдовы, Грузии, Азербайджана. Используя все имеющиеся дипломатические рычаги, необходимо добиться, чтобы территория новых членов НАТО была объявлена безъядерной зоной, а также гарантий о неразмещении на ней войск НАТО.

Учитывая крайнее ослабление боевого потенциала Российской армии, необходимо использовать доктрину "гибкого реагирования", которая в свое время была столпом военной стратегии НАТО в Европе. Тогда считалось, что по обычным вооружениям СССР на европейском плацдарме намного опережает Североатлантический альянс. Поэтому главным сдерживающим фактором считалась угроза применения атомного оружия. Теперь ситуация противоположна. По этой же причине должна быть заморожена на неопределенное время ратификация Договора СНВ-2 и тем более не должна вестись речь о возможности разработки СНВ-3.

России важно активизировать поиск новых союзников и наращивать военное сотрудничество с дружественными странами. В их числе на первом месте стоят Белоруссия, Болгария, Югославия, Армения, Иран, Китай, Индия. Россия для противостояния натовской геополитической экспансии может успешно использовать рычаги своего влияния вокруг ситуации в Приднестровье, Крыму, Абхазии, Южной Осетии, Нагорном Карабахе. Большое значение имеют традиционно близкие связи с Кипром и Грецией.

Пока внешняя и внутренняя политика России не будет учитывать реалий постсоветской эпохи, ей будут улыбаться, но презирать, ее будут похлопывать по плечу одной рукой, а другой сжимать горло. Горькое пробуждение от несбыточных ожиданий, что "Запад поможет", намного лучше, чем сладкое заблуждение, ведущее в пропасть.